ПРОФСОЮЗ правоохранительных и силовых структур

Региональный независимый профессиональный союз сотрудников и ветеранов правоохранительных и силовых структур

alt

Мы защитим интересы каждого!

"При исполнении ты полицейский, а не при исполнении – нет"

Адвокат пояснил, когда россияне вправе защищаться от блюстителей порядка.

«Существенная грань – при исполнении служебных обязанностей находится полицейский или нет. На отдыхе он, на посту, с семьей, куражится или едет со дня рождения», – заявил газете ВЗГЛЯД адвокат Игорь Трунов. Так он истолковал проект постановления Верховного суда о праве граждан на самозащиту от преступников-полицейских.

В четверг достоянием гласности стал проект постановления пленума Верховного суда России, в котором подтверждается право граждан на применение активных мер защиты от преступных действий должностных лиц, в том числе полицейских.

В документе в то же время отмечается, что необходимой обороной не должна считаться защита от правомерных действий должностных лиц, «даже если они сопряжены с причинением вреда или угрозой его причинения (применение в установленных законом случаях силы сотрудниками полиции при обеспечении общественного порядка)».В то же время замглавы МВД Игорь Зубов, выступая на заседании пленума Верховного суда, заявил, что акцент на праве граждан защищаться от незаконных действий представителей правоохранительных органов может спровоцировать рост сопротивления законным действиям и большое число исков в суды.

Напомним, тема стала особенно актуальной весной 2009 года – после того, как начальник столичного ОВД «Царицыно» майор Евсюков устроил бойню в обычном супермаркете. Тогдашний глава МВД Рашид Нургалиев напомнил гражданам о праве необходимой самообороны, которая позволяет им защищаться в случае любого незаконного нападения, в том числе и сотрудника милиции.

В ноябре 2009 года при посещении спортшколы на базе ОМОН «Зубр» в Подмосковье один из учеников спортшколы спросил Нургалиева: «Участились случаи нападения милиционеров на граждан. Не считаете ли вы, что надо забрать у милиционеров неприкосновенность?» «Ты имеешь в виду, может ли гражданин дать сдачи, когда на него напал милиционер?», – уточнил Нургалиев. После утвердительного ответа министр сказал: «Если идет нападение, должна быть необходимая самооборона. Мы все равны, а граждане равны вдвойне».

Отметим, что дискуссии по этому поводу разгорались и в других развитых странах. Так, на минувшей неделе в США скончался американец африканского происхождения Родни Кинг, который невольно стал символом сопротивления беззаконию, которое порой творят блюстители порядка. Кинг стал известен после того, как был избит группой полицейских в 1991 году. Видеозапись инцидента, сделанная случайным свидетелем, попала на ТВ. Позже суд присяжных оправдал полицейских, что спровоцировало крупнейший негритянский бунт в новейшей истории США – погромы 1992 года в Лос-Анджелесе. Повторный суд признал виновными двоих полицейских из четверых, проходивших по делу, и приговорил их к тюремным срокам, а Кинг получил компенсацию в почти 4 млн долларов.

О том, где та грань, когда граждане вправе идти с кулаками на полицейских, в интервью газете ВЗГЛЯД рассказал адвокат Игорь Трунов, защищавший жертв Евсюкова.

ВЗГЛЯД: Игорь Леонидович, как определять, законно тебя бьет полицейский или нет? В какие моменты можно поднимать руку на сотрудника правоохранительных органов, а в какие – нет?

Игорь Трунов: Существенная грань – при исполнении служебных обязанностей находится полицейский или нет. На отдыхе он, на посту, с семьей, куражится или едет со дня рождения. Тот и другой – полицейский. Тот и другой, как правило, имеет оружие. Старый закон не делал никакого различия. И в новом законе оно достаточно слабое. Но, тем не менее, определенный прогресс есть.При исполнении ты полицейский, а не при исполнении – никакой ты не полицейский. Но желание всегда быть под щитом государства остается.

У нас достаточно много преступлений совершается ряжеными в полицейскую форму. То есть не поймешь, кто он: полицейский или нет. Сейчас техника позволяет сделать любой документ, который по первому взгляду не отличишь от подлинного. Это удостоверение, жетон, форма. Все это может быть преступным маскарадом.

В этой ситуации, если «сотрудник полиции» тебе говорит: «Снимай золотые часы, иначе я тебе башку отстрелю», можно отказаться. Раньше позволить такое себе было нельзя. Закон такой был: если говорят, то снимай, а потом иди разбирайся: был это преступник в форме или полицейский.

Всегда нужно понимать, о чем идет речь: когда предъявляются обоснованные требования от человека, который находится на службе, а когда – нет. Но правовая грамотность хромает. Иногда гражданину может показаться, что требования могут быть незаконными, но закон он толком не знает – что можно требовать от полицейского, а что нельзя. Вот этой путаницы не должно быть.

Когда Евсюков бегал по магазину, застрелил нескольких человек и продолжал стрелять – в той ситуации, конечно, старый закон не делал никакой разницы. Поэтому, когда Евсюкова заперли во дворе в угол, шесть человек полицейских стреляли в него в упор, но ни один даже не задел. Почему? Боялись все. Разницы, при исполнении ты или нет, не было никакой.

Даже если полицейский попадает в полицейского, он несет очень серьезную ответственность, вплоть до высшей меры наказания. А у обыкновенного гражданина, попавшегося ему под руку, тем более не поднялась бы рука выстрелить в полицейского.

Теперь, когда полицейский совершает ярко выраженное преступление, я уверен, возможно применение самообороны, возможно применение огнестрельного оружия или каких-то предметов в качестве оружия, и это не может быть противоправным.

ВЗГЛЯД: Какие-то свежие примеры вы могли бы привести?

И.Т.: К счастью, это редкое явление. Но, тем не менее, оно есть. Больше примеров, когда ряженые преступники совершали преступление, и граждане сопротивлялись. А свежих примеров, когда сотрудники полиции совершали нарушения, а граждане сопротивлялись, у меня, к счастью нет. Это из ряда вон выходящее явление, и оно не может быть в повседневной жизни.

ВЗГЛЯД: Насколько сложно будет гражданину доказать в суде, что он был прав, сопротивляясь полицейскому? Удастся ли в ближайшее время снизить обвинительный уклон в работе наших судей, которые, как правило, встают на сторону сотрудников МВД, верят только их показаниям?

И.Т.: Я думаю, нет, не удастся. Это огромная боль – говорить такие слова, но не удастся. Судебная система не меняется. В судебной системе не ведется кадровая политика. Законодательство позволяет повсеместную безнаказанность в правоохранительной системе, и судебной в том числе, потому что квалификационные комиссии не рассматривают никакие жалобы.

Мы в Москве видим скандалы, когда судью увольняют и оглашают, что на него написано 250 заявлений за последние два года. 250 заявлений о свершении преступлений написано, а его увольняют в почетную отставку с сохранением зарплаты.Ничего не меняется в части ответственности. А когда есть безнаказанность, есть определенное давление со стороны правоохранительных органов. То есть, оперативно-розыскная деятельность – это такая функция, которая влияет на судебную систему не напрямую.

Судья, как правило, день и ночь работает, но у него есть дети, внуки, родственники. Кто-то из них пьет, курит травку, кто-то ходит к проституткам. И сотрудники полиции и иных правоохранительных органов это фиксируют и могут спекулировать этим. Этим могут давить, могут влиять на судебную систему. Этот рычаг функционирует. И это в том числе основание, почему судьи несут в себе обвинительный уклон.

Во-первых, это безнаказанность, судье рисковать нечем. Во-вторых, это подковерный, незаметный ни для кого рычаг влияния со стороны правоохранительных органов на судебную систему. Из этого инструментария ничего не меняется. Поэтому наши разговоры в прессе и заявления публичных лиц о том, что это давно пора поменять, не меняя правовую базу, не меняя систему, они ни к чему не приведут.

Источник: vz.ru